Нравится

Андерсен — Король сказки

Об авторе

К 195-летию со дня рождения Ханса-Кристиана Андерсена
(1805 — 1875)

ГОСПОДИН «СЕН»

Давным-давно на туманном острове Фюн, где запах вереска переплетается со скрипом сосен, в маленьком городке Оденсе появился на свет мальчик. Был он не слишком хорош собой — длинный нос, маленькие глазки и удивительно грустное выражение лица, будто знал он о жизни что-то такое, что никому еще не известно. Его родители — люди совсем небогатые — ничего не могли дать малышу, кроме своей безграничной любви и фамилии с окончанием на «сен», указывающей на низкое происхождение. В сказке «Ребячья болтовня» писатель передаст потом презрительное отношение знати к беднякам: «Из тех, чье имя кончается на «сен», никогда ничего не выйдет путного», — говорили толстосумы. Разве мог кто-то знать, что этот мальчик станет королем? Великим и непревзойденным Королем сказки!

«СТАРЫЙ ДОМ»

Город Оденсе, где родился Андерсен, был похож на волшебный деревянный ларец. Жили в нем искусные мастера, резчики по дереву. Вырезали они и фигуры корабельных ростров — Русалок, Нептуна, Сирен, и сказочные цветы на окнах домов. Дед Андерсена тоже был резчиком. И немного волшебником. Его обожали дети, а взрослые считали кто сумасшедшим, а кто колдуном. В свободное время он вырезал для ребятни задумчивых коров с крыльями и людей с головами птиц. Фигурки эти он раздаривал всем желающим, и каждый мог с их помощью расслышать в себе сказку.

Вывеска, которая красовалась над сапожной мастерской отца Андерсена, тоже была вырезана дедом. Это был двуглавый орел, сообщавший своим видом: «Мы шьем только парную обувь!» Маленькому Хансу нравилось разглядывать каждую деталь деревянной резьбы домов и придумывать сказочные истории о любой мелочи. Особенно привлекал его дом с деревянными тюльпанами, уморительными рожицами и с вырезанным из дерева стихотворением, которое каждый оденсенский мальчишка знал наизусть. Став взрослым, Андерсен посвятит этому дому одну из своих сказок.

КРОТ, МОРЯК И ДРУГИЕ

Маленького Андерсена никогда ни за что не наказывали и разрешали ему бродить по всему городу, предаваясь своим фантазиям. Часами он просиживал у норки крота, надеясь поговорить с ним.

— Господин крот, — хотел спросить мальчик. — Правда ли, что ваши ходы ведут в сказочный подземный мир?




  • Кто-то в шутку сказал Хансу, что под старой оденсенской мельницей есть подземный ход в Китай. И мальчик, прислушиваясь к шуму мельничного колеса, ждал — вдруг пробегут по улицам тихого датского городка китайцы в шелковых халатах со смешными шапочками на головах? Он верил в чудо и расстраивался, когда оно не происходило. Впрочем, два места в Оденсе сами по себе были чудесами: собор с деревянным алтарем, вырезанным мастером Клаусом Бергом, и усадьба отставного капитана, украшенная пушками и фигурками деревянных солдат, совсем как дом волшебницы из «Снежной королевы». Андерсен приходил сюда слушать сказки. Одни рассказывали старушки из богадельни, другие — седой моряк. На крыше его усадьбы жил аист, и мальчик часто жаловался старику, что не знает птичьего языка — о, сколько бы мог поведать ему летающий странник! А дома Андерсена ждал отец, под стук сапожного молотка сочинявший для сына волшебные истории. И мальчик, наверное, не смог бы ответить, какой мир для него реальнее — страна пестрых фантазий или тихий быт Оденсе.

    Однажды его мама, прачка, получила за работу хорошие деньги. И разрешила сыну купить билет в театр на спектакль «Дунайская дева». Это событие перевернуло всю жизнь мальчика. Театр стал для него наваждением. Придя домой, он тут же бросился сочинять свою пьесу. Называлась она «Карас и Эльвира». Герои были неслыханными красавцами и красавицами, а между собой изъяснялись исключительно длинными и сложными стихами. Соседка, которой мальчик прочел свое сочинение, подавила вздох: «Лучше бы это были Карась и Корюшка, а не Карас и Эльвира».

    Ханс задумался, но критику принял. И стал сочинять истории о том, что было перед глазами. Правда, ему показалось, что благородные люди — короли и всякие принцы — не могут говорить как обычные ремесленники. Он раздобыл иностранные словари и вставлял в королевские роли непонятные, но очень красивые слова. Однажды Ханс сшил куколку-принцессу. Но расписывая ее личико, нечаянно вздрогнул, и ротик куклы получился капризным и обиженным. Ханс положил куклу в кровать, а утром, глядя на ее гримаску, засмеялся. Ему почудилось, как она жалуется: «Как дурно я спала! Лежала на чем-то твердом, все тело теперь в синяках!» Так родилась еще одна сказка.

    ПОРТНОЙ ИЛИ АРТИСТ?

    В то время отец Ханса ушел на войну в наполеоновскую армию. Семья стала совсем бедной, денег не хватало даже на еду, не то что на театр. Ханс подружился с расклейщиком афиш, он помогал ему в работе, а расклейщик за это дарил долговязому пареньку афиши новых спектаклей. А уж воображение мальчика по одному только названию позволяло ему придумать театральное действие. Правда, соседке он больше пьесы не читал. Зато лучшим его слушателем был кот Карл, имевший только один недостаток — он часто засыпал во время представления.

    Ханс сам делал кукол для своих пьес, сам мастерил декорации и шил куклам костюмы. Знатные дамы Оденсе не раз ловили на себе восхищенный взгляд маленького Андерсена. Это им льстило, но никто из них не знал, что мальчик просто рассматривает наряды и прикидывает, сколько кукольных костюмов можно сшить из этого вот, например, шелкового платья.

    Он так здорово владел иглой, что мама как-то раз сказала:

    — Надо тебе подумать о будущем ремесле. Попробуй стать портным, у них всегда есть деньги.

    — Нет! Я буду артистом! — категорически заявил мальчик.

    Мама только головой покачала: «Разве это работа?» Но искусство шить все же пригодилось Андерсену. Став сказочником, он записывал свои истории очень быстро, так стремительно неслось его воображение. Но потом приходилось тщательно работать над рукописью, некоторые места переписывались заново. А чтобы поправки можно было прочесть, Андерсен аккуратно ставил на рукопись «заплатки» — вшивал в нее новый текст.

    ГАДКИЙ УТЕНОК

    Семью Андерсена не обошло горе — отец вернулся с войны весь израненный и вскоре умер. Всю ночь над ним трещал сверчок, а Ханс безудержно рыдал в подушку под эту немудреную песню.

    После смерти отца Андерсен простился с матерью и, позвякивая несколькими монетками в кармане, отправился в Копенгаген, чтобы стать артистом. Он собрал все свое мужество и упросил одну знаменитую артистку посмотреть, на что он способен. Актриса внимательно наблюдала за неуклюжими стараниями нескладного мальчугана. Потом, вытирая набежавшие от смеха слезы, подвела итог: «Артиста из тебя не получится. Но я поговорю с директором гимназии, и ты будешь учиться в лучшей школе Копенгагена».

    Андерсену было шестнадцать. Единственное, что он умел — читать и немного писать, только этому его научили в школе для бедняков. Теперь он оказался за партой с отпрысками знатных семей. Ох, и доставалось же от них долговязому ученику-переростку! «Я чувствовал себя тонущей собакой, — вспоминал он позднее, — в которую дети ради забавы кидают камни». Из этого страшного быта родилась не обида, а сказка — «Гадкий утенок». Ведь Андерсен был волшебником. Добрым волшебником.

    ИМЕНЕМ АНДЕРСЕНА

    Он закончил гимназию, а потом и университет. Начал издавать книги, хотя ему часто доставалось за бедняцкое происхождение. Журналы того времени писали: «Кто может ручаться за безвредность сказок этого «бедного родственника» датской литературы?» Однажды известный критик в гостях у одной особы долго и с чувством ругал стихи Андерсена. А когда закончил, маленькая дочка хозяев протянула ему книгу со словами: «Тут есть еще слово «и», вы его пропустили и не поругали!» Критик покраснел и поцеловал наивного ребенка. А Андерсен рассмеялся.

    На первые гонорары с помощью друзей Андерсен отправляется в путешествие за границу. Гюго, Гейне, Диккенс, Гете, братья Гримм, Бальзак, Дюма, Вагнер, Шуман, Мендельсон, Россини, Лист — со всеми этими людьми Андерсен познакомился и подружился во время поездки. Все они были очарованы его сказками и преклонялись перед его талантом.

    На родине, в Дании, признание пришло позднее. Когда Андерсену исполнилось пятьдесят лет, ему был поставлен памятник, за который сказочник очень обиделся на скульптора — он был изображен в толпе детей, а сам Андерсен считал себя писателем для взрослых.

    Сегодня без его сказок немыслимо детство любого человека. Его имя стало символом всего настоящего, чистого, высокого. Не случайно Высшая международная премия за лучшую детскую книгу носит его имя — это Золотая медаль Ханса-Кристиана Андерсена, которую присуждают раз в два года самым талантливым писателям и художникам.

    Автор:Н. Жуланова
    2000